kezhma.com

Сожженной и затопленной Родине посвящается
Текущее время: 24 май 2019, 18:54

Часовой пояс: UTC + 6 часов




Начать новую тему Ответить на тему  [ 1 сообщение ] 
Автор Сообщение
СообщениеДобавлено: 05 авг 2018, 17:44 
Не в сети
Администратор
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 06 ноя 2013, 13:34
Сообщений: 447
Мой папа с 1959 по 1975 год проработал в РК КПСС шофером. Вот что рассказал. Прямая речь:

«В 1959 году пришел в райком. Первым секретарем был Терехин. Приезжий, было ему около 60 лет. Терехина много не знал. Ездил он очень мало. Больше сидел в кабинете. Катера ещё не было. Лодка была, но он на ней не ездил. Не рыбак, не охотник. Видел одним глазом. Глаз был прикрыт веком. Глаз был левый – плохой.
Проработал 1 год с ним и сняли его за связь с Марией В* которая работала в секретном отделе. Прежний водитель Толя Анфилосович уволен был еще раньше - всё рассказывал, что слышал – уволили его за треп.
Пришел Морозов Николай Петрович, учитель истории. Из учителей в 1954 году избран секретарем, а потом в первые секретари. Было партийное собрание, поддержало его кандидатуру. Но сначала члены бюро одобрили, затем пленум утвердил. Было ему лет 50. Был спокойный, никогда не кричал, голос не повышал. Очень вежливый со всеми. Не злопамятный. По разговору – окал. Был рыбак, охотник. Ездили с ним на Мозговскую речку рыбачить и на на охоту.
Морозов организовал игру в шахматы среди райкомовских работников. Участвовали многие. Там был Бабашкин, Карнаухов, Федяев и другие. Мне выпало с Морозовым. Я плохо играл. Только начал учиться играть в шахматы. У Морозова стоял конь, если бы это был мой конь, то я бы ставил ему мат. Я беру его коня – и говорю - мат . Все А-А- а . Он рукой раз и смёл - уже не проверишь, выскочил из-за стола, забегал туда: «Как же так шоферу проиграл»
Была уже осень. Он говорит: « раньше приезжай, съездим за утками». Приехал к нему. Было ещё темно «Ну давай в шахматы поиграем». Он выиграл, конечно, и поехали. Съездили на Большой остров, а там озеро на острове длинное –километра два длинной и узкое.. Не удобно было охотится. Простреливается хорошо, но если убил утку ,то не достать – трясина- плавать плохо а идти невозможно. Ветра нет и она будет лежать там на одном месте. Я две камеры надул на них ложился и доставал их. По две, три утки добыли, поехали на камыши на Булакан. Там утки падали в траву.

Поехал как то c Усольцевым в Усольцево, Усольцев это второй секретарь при Морозове. Мороз больше 50 градусов, негде было машину поставить. Иногда машину в коровнике оставлял, но в этот раз не въехать, ворота маленькие. Воду с радиатора слил. Утром Усольцеву надо ехать, а я с машиной вожусь. Развел костер под машину. Целый час возился. Тот не доволен: «че поздно приехал?» В Селенгино поставить машину было некуда. Уезжал в Кежму.
Осипенко был третьим секретарем. Его заменил Федяеев.
Морозов любил ездить на машине. Как-то говорит: – съезжу в «Красный пахарь» Поехали с председателем. Оттуда приехать не может - скорость не включается Позвонили: пусть Андрюша приходит. Прихожу - увидел сразу – демультипликатор включен в среднее положение. Скорость уже не включишь. Можно было случайно сдвинуть. Была такая ловушка в ГАЗ 69 и на комбайне. В Селенгино 3 или 4 дня комбайн простоял не могли уехать тоже по причине демультипликатора – разбирали коробку передач, носили её в МТС - всё без толку. Они уже в отчаянии были – работать надо, а невозможно. Зовут меня. Я про это знал, поставил его на место и комбайн двинулся. Так я завоевал авторитет механика.
Приехали в Фролово. БМК потерял мощность, не может карбаз довезти. Перебирали насос, приемник в середине – всё без толку. А забилась травой охлаждение – надо нырять. Десять мужиков на один борт, доску как подпорку. Нырнул и палкой очистил.


Поехали как-то с Михаилом (братом) на мотоциклах. У каждого свой. У него был свой мотоцикл ИЖ. Я с Морозовым. Суббота была рабочий день, но укороченный, сбежали пораньше. А ехать до Согры 30 км, затем по дорожке к зимовьям 2 километра, а до реки 10 км. Приехали вечером – «давай хоть на уху добудем» Михаил развел костер, Морозов не вытерпел и пошёл рыбачить, было круто - и упал с обрыва в речку, а вылезти не может, надо брести. Я пошел тоже рыбачить. Несколько хариусков добыл, возвращаюсь а они уже у костра. У Морозова пистолет ТТ на тряпочке: – «Андрюша, ты мне его протри – я оборвался в воду». Пистолет весь разобрал, а зимовья уже не было, от гнили развалился. Утром летом в 3 часа светает, порыбачили, добыли по ведру поехали, уже в воскресенье. В понедельник прихожу на работу, а когда заходишь в ограду, в окно видно - секретаря нет. Секретарша мне говорит: «А Николай Петрович в больнице- воспаление легких – искупался» Дело было в июне 1961 года.
Другой раз собираемся с ним за гусями – конец мая. Поехали на Пановский остров. Подъехали на лодке, мотор «Москва 10». Погода начала портится – прилетели кулики, на больших ногах. Мы их не стреляли, а он решил стрельнуть. Предложил костер развести и обжаришь прямо в пере, уверял что они «вкуснятина.» Он выстрелил и штук десять убил, стрельнул прямо в кучу. Утром рано пошли – слышу он постреливает, но перелет быстро кончился. Получилось так – я стреляю высоко и ни одного гуся не убил, но была тозовка со мной. Поэтому стрелял сидячих. Первый выстрел сразу убил гуся. Потом второй заход – гусь остался – видать крыло ему сломал – он бежит я за ним, а по пахоте грязь каша ноги не отдерешь. И что интересно гусь повернул к реке. Вижу что его не догоню – уйдет. На берегах ещё лед стоял. Выстрелил – гусь упал. Пришли к лодке. Я два гуся несу и он два гуся несет.
Началась уже весна 1962 года. Сделано уже объявление дорожным отделом: «на лед не выходить!»
- Зайди, Андрюша! Я зашел к нему
- Нам в Паново надо съездить
- Как ехать? Река вот - вот пойдет. Вы же сами издаете приказ. Запретили.
- Но может как - нибудь? Поехали мы с ним а сам дверь в автомобиле не закрывал. Ехали по реке. По матерой только летом. Проехали Согру. Был апрель. До Паново осталось км 10. Навстречу идет лошадь, двое сидят на санях. Метров 200 осталось, смотрю лошадь провалилась. Двое соскочили с саней, пытались развязать лошадь, а лошадь копытами бьет и лед все крошится. Мы уже машину оставили, бежим к ним. Были близко а сани тоже в воде уже оказались. Лошадь так разбила лед. И её - раз и под лед. И как была запряженная была, вместе с санями под лед. Подошли. Морозов спрашивает:
- Что будем делать?
- Возвращаться будем. Морозов предложил пановцам поехать в Кежму, а там самолетом, но они отказались, решили обратно пешком в Паново.
В Паново было сложно ездить по берегу. Дорогу не чистили потому что ручьи по реке тоже не чистили – тогда дорога накатывалась а когда чистили клином то образовалась яма которую заносили ещё сильнее. При Убиенных образовался Дорстрой – дали технику. А потом мостик в Согре и Толстого сделали и уже за час до Паново доезжали.

Прошел пленум. После пленума Заборцев Николай, председатель колхоза в Заимке, Михаил Федотович с Алешкино, директор леспромхоза Гомозов говорят:
– Андрюша, увези нас.
– Вы что смеётесь – вон какие забереги.
– Ну ты не будешь реку переезжать - мы там покричим, нас на лодке перевезут.
– Нет. Пошли они к Морозову.
– А что Андрюша сказал?
– Не поеду.
– А Вы что хотите, чтобы я его отправил? И не разрешил. А ночью прихватило живот – аппендицит. Оперирован. Хирург сказал, что гнойный аппендицит, ещё немного и лопнул бы. Получается, что спас он меня.
После операции привез яблоки. Но поработать вместе больше не пришлось – его уволили. Почему, не знаю.
Приехал племянник Леня и говорит: «новый секретарь, со страшной фамилией – Убиенных». Александр Григорьевич приехал с Туры. Там раньше работал. Через две недели я вышел на работу. Убиенных был активен в поездках. Ездил больше чем Морозов. Начал знакомится с районом. Поехали мы в верхнюю часть .
При нем появился катер. Это была инициатива Убиенных. Он из старейших секретарей и связи в крайкоме у него были. Был авторитарного типа. Менял людей на должностях как ему надо было. Заремба работал вместе с ним в Туре. Он его сразу перетащил. Убиенных всех председателей знал по имени, отчеству, никогда не путал.
Было решение крайкома партии сделать райкомы партии по промышленности и сельскому хозяйству. По леспромхозам сделали Михайлова, а Убиенных по сельскому хозяйству на оба района. По Кежемскому и по Богучанскому. Убиенных решил ознакомиться с Богучанским районом. Приехали в Недокуру, Болтурино, Проспихино. Ехали на катере. Народ окружил, задают вопросы – обычные бытовые. Он говорит:
- Сейчас не обращайтесь ко мне. Сейчас леспромхозами занимается Михайлов
- А кто он такой? Мы его не знаем. Вы хоть бы фотографию его отправили.
Просуществовало меньше года. Но с Убиенных поездили по деревням Богучанского района, чуть не до Мотыгина доехали.
На охоту он не ходил.
Один раз были в Алешкино. Утки начали улетать. Я поехал к Березовому острову. Уже иней был. Я пострелял – пять или шесть добыл селезней, бродил, доставал. К утру туман – никуда не поедешь. Надо ждать, стою на якоре. Слышно как собаки в деревне лают. Туман продержался до обеда и тогда поехал. Приезжаю. Он ждет на берегу. Вытаскиваю селезня – взял с удовольствием.
Островский (председатель райисполкома) часто с нами ездил. В исполкоме катер был, но он открытый. Кеша (кореец) Брюханов не ездил – не знал лоцию, судоходный ход. Катер стоял у них в ограде. Попов в Сельхозуправлении на старом катере один раз проскочили до Недокуры и вернулись обратно. Коля Данилыч отказался больше ездить. Едем как-то с Проспихино, в Болтурино заезжать надо. Я говорю:
- Александр Григорьевич если Вы долго задержитесь мы Аплинский порог засветло не поднимем, а по правилам плавания нам запрещено ночью ходить. Он говорит: -
- Мне завтра лететь в Красноярк, надо сегодня вернуться. В Болтурино задержались. Мы поехали. Кособыцкую шиверу прошел, Гороховую прошел– она 4 км. Опасна тем, что свальное течение может сбросить на камни. Аплинский порог - это сложное дело в темноте. Я ориентировался по дереву –там одно отдельное стоит. Убиенных говорит:
-Давай так сделаем. Если под Аплинский встанем, будет ждать рассвета. Как рассветает, так пойдем. Я говорю:
- Можем не успеть на самолет. Едем. 12 часов ночи. Они намотались спят в креслах. Ориентировался на красный буй – он отсвечивал. Зашел в Аплинский порог, а волны большие как в котле кипят и как затрясло. Убиенных со сна: «как, что, куда мы заехали?» Островский даже не дрогнул. Игренькина шивера – косой судоходный ход ориентировался по Каменному острову. Когда Игренькину поднимешь уже видны огни складов райсоюза, ориентировался по ним. Их видно было за 18 км. Приехали в пять, уже в шестом. Убиенных говорит:
-Ты Андрюша сегодня можешь попозже прийти.
- Во сколько?
– Часам к 9. Островский засмеялся:
– Но ты, Александр Григорьевич, даешь. Обычно приходил 8.30.
Один раз ездили вниз по Ангаре и Островский с нами. Окна спереди у полуглиссера открываются. У Убиенного окно чуть только приоткрыто. Островский сидел за Убиенных и окатила Островского. Прошло неделю - две. Пришлось опять ехать. Островский с нами, окна не стали открывать.
Позвонил Убиенных с Богучан первый секретарь райкома Богучанского района.
-Приезжай в Проспихино. Завтра приезжает комиссия с Красноярска, с крайкома, с совнархоза – 3 человека. Поедем по леспромхозам. Приехали на полуглиссере с Кежмы. Приехали, часа два стояли. Ждали А у них ракетка (катер на подводных крыльях до 60 км/час мог ехать,) Уже вместе поехали в Болтурино. У Михайлова новый молодой капитан, старый уволился. В Болтурино ночевали. Утром маршрут такой: в Недокуру и до Кежмы. Комиссия летит в Красноярск, а капитан на катере в Богучаны. Капитан говорит:
– Я дальше судовой ход не знаю.
– Становись в кильватер мне, я тебя проведу. И рассказал, что там белый и красный буй и резкий поворот. Сложная Кособыцкая шивера. Еще до подрывов. После она стала проще. Молодой рванул и сразу на тот буй и как летел так и на камни, вырвало крыло. Пока дошел до них. Смотрю: они стоят в катере, кто в спасательном, кто папку с документами держит. В борту дыра. Капитан резал телогрейку и затыкал дыру. Все в мой полуглиссер. Зацепил их за кнехты. Потащил. Пока подтаскивал к берегу, осталось около метра, их катер сел на дно. Убиенных предложил продолжить поездку на нашем катере, но комиссия отказалась.


Осипенко, третий секретарь райкома, хороший мужик, говорил: «Андрюша проводить всегда надо а встречать можно не всегда». Его жена женский врач средних лет 50 лет После него Федяев стал, при Убиенных. После него Карнаухов Иван Иванович никогда никому не указывал, не во что не вмешивался
Как-то в Усольцево проводили собрание. Мне говорят привези Николая Никодимовича из сельхозтехники. Вернулся в Кежму:
–Поехали в Усольцево.
-А зачем?
– Ну вызывают. На собрании был Островский, Убиенных. Началось собрание. Председатель колхоза Привалихин Иван:
- сколько я чарков износил, а язык то тоже трется. Колхозники некоторые были против. Он страшный матершинник и гонял людей сильно. Думали что колхозники не проголосует и на всякий случай Николай Никодимович. Он сидит, ничего не знает. А когда начали голосовать, то все колхозники проголосовали за старого председателя. Утром собрались в конторе сидят все: Убиенных, Островский Николай Никодимович. Ближе у стола председатель в шапке, почти никогда её не снимал. Председатель у Убиенных спрашивает:
- Дак, вы зачем Николая Никодимовича привозили?
- А вдруг не пройдешь?
- Он как шапку о стол ударит и матом
- да я если бы знал что Николай Никодимович в председатели, да не пошел бы больше в председатели.
Бабашкин приезжал и Карнаухов Иван Иванович собрание в Усольцево. Бабашкин говорит
- не надо материться по рации. Это ведь не только Кежма, но и Америка слышит
-Правда?
Поверил – маленько поутих, не стал матерится.
До Зарембы вторым секретарем был 3 – 4 месяца Усольцев Василий Ефграфович из Усольцево.
Инструкторы почти все были из Болтурино. Первым инструктором пришел Верховых Борис Петрович, начал работать при Морозове. Произошла перестановка Нина Яковлевна Бондарева работала как спец учет, а Шариков инструктором был ещё при Терехине был. Бондареву посадили зав общим отделом а Шарикова в этот кабинетик – места поменяли, не должности. Через полгода опять перестановочка. Бондарева стала уезжать, муж работал начальником почты. На место пришла Бабашкина Анна Ивановна. И начала набирать инструкторов. Пришел Кобер из Болтурино , Греков Юра потом, здоровый мужик. Потимко потом. Они работали шоферами, лес возили. Мария Герасимовна Брюханова – недолго работала. Пришла Сизых Валентина. Вася Воронов – инструктор Мозговской. Потимко ушел. Потом уехал Кобер, пришел Витя Карнаухов
Бабашкин Николай Константинович приглашал в партию – зачем мне я простой шофер, отказался.

Звероферма при Убиенных началась Первый год норок не правильно кормили, подохло не мало. Приезжала ветеринар из Красноярка – надо было кормить сохатинных мясом, а лосей добывали только когда маленький снег, а когда большой собаки уже не могли бегать, тогда кормили курами

Как уже говорил Убиенных был авторитарным руководителем. На должности ставил людей на свой вкус. Уволил Гафнера с должности директора сельхозтехники, когда тот был в отпуске. Поставил Михаила Федотовича Сизых, председателя колхоза Алешкино , который был хорошим организатором. Поднял колхоз «Заветы Ильича» до миллионера, организовал курятник, которого не было раньше. Яйца продавали в больницу, в столовую.
Гафнера оставили инженером
В это время Радаев был вторым секретарем, а Заремба третьим. И был заговор. Примерно 1971 год.
Заремба хотел быть первым. Бровцын (прокурор) поддерживал его. И вроде Островский поддержал. Решили всё провернуть это на пленуме. Выступили Заремба, Бровцин. Обвинили что людей менял как хотел. Островский хитрый мужик, отказался выступать и ещё десять лет отработал в Кежме. «Восставшие» не учли его связи в крайкоме. На пленуме ещё инструктор с крайкома партии присутствовал. Выступали коммунисты, поддержали Убиенных. Бровцина выгнали, Зарембу выгнали. Бровцин уехал в Туру. Заремба в Красноярск. Бровцин вернулся, работал в Кежемском порту обычным слесарем. Убиенных ещё год проработал. Когда Радаев учился в высшей партийной школе, Убиенных знал что его отправят на пенсию после окончания учебы Радаева. Радаев стал вторым, потом первым. Колчин был вторым после Зарембы. Все после заговора
Радаев стал первым, сняли Федотыча с директоров. Гафнер в директора. Федотыча забрал Попов Владимир Николаевич в управление сельского хозяйства. Потом был заместителем Островского инженером по технике безопасности. Через год Федотыча убирают потому что нет высшего образования. Федотыч уехал в Усть Илим директором совхоза.
После увольнения Зарембы приехал Колчин вторым секретарем. Был типичным номенклатурщиком. До Кежмы работал на шхуне. Была плохая память на имена. Нередко спрашивал как колхоз называется, как председателя зовут. Пишет доклад, отдает на печатать. Секретарь Тонька говорила: «Василий Агафонович, колхоз то один, а председатель то другой»
При Убиенных сняли Васи Карася жену Анна. Поставили жену Колчина на работе на почте бухгалтером.
Колчин купил мотоцикл Урал, но в нем не разбирался. Поехал как-то на рыбалку. Приехал шурин его, наловили мокченов. В это время ехал Виктор Владимирович Карнаухов зав орг отделом. Видит Колчин, подъехал. Смотрит: глисты в банке шевелятся.
Что, это?
Дал им хариусов: «варите».
Поехали по маршруту: Заимка, Недокура, Алешкино. Поехала Мария Герасимовна Брюханова, инструктор, бывшая учительница. Ехали на полуглиссере. Были журналы «Огонек» «Крокодил» Только она возьмет журнал, он из рук вырвет у неё Она возьмет другой, он опять выдернет. Она от досады аж заплакала
Ездил на охоту, ружья не имел. Поехали в Мозговую за картошкой. Ему обещали мешок картошки. По дороге косачей было много. Стекло у машины открываю и из мелкашки стреляю с большого расстояния до 120 -150 метров. Убил 22 косача. Подъехали домой ему 11 и себе 11.
Потом он купил всё-таки ружье. Он с сыном Толей. Поехали к Коврижке. Сидит 8 косачей. Я говорю: «сидите тихо». Стрелял, всех восемь убил. Пошли собирать, нашли семь, восьмого нет и найти не можем. А он между сучьями на дереве застрял. Сын Колчина достал. Тоже разделили пополам.

Радаев сам ездил на машине – брал ключи.

Многие колхозники были недовольные. Гоняли всех на сенокос и обещали по 2 центнера сена. И получалось, что в колхоз накашивали, а себе не успевали. Как- то в Заимке сгноили из-за дождей сено и нечего было давать. Бывало даже отбирали сено, если накошено в рабочее время
Едем с Радаевым. Я ему говорю: – начался сенокос. Есть предложение 10 - 15 дней для колхоза а потом перерыв три дня себе накосить Он согласился. Уже приехали, звонит Попову. Он ему рассказывает, тот соглашается. Звонят Кревину – да я с удовольствием И эту идею он продвинул, и Островского подключили – вдруг во время сенокоса дали себе накосить. Это всех устраивало. Говорил ещё это Убиенных, но то игнорировал

Возил офицеров когда началась АЛ 150 – у них машин не было И они говорили что будут условно освобожденные а потом привезут зеки, будет 3 тысячи и будет криминал И Радаев говорил, уезжать надо. Когда уезжал собрали собрание благодарили меня за работу. Часы подарили. Мой «москвич» на барже до Красноярска бесплатно провезли».


Вложения:
image.jpeg
image.jpeg [ 75.83 KiB | Просмотров: 327 ]
image (1).jpeg
image (1).jpeg [ 66.25 KiB | Просмотров: 328 ]
image (2).jpeg
image (2).jpeg [ 45.42 KiB | Просмотров: 328 ]
image (3).jpeg
image (3).jpeg [ 39.86 KiB | Просмотров: 328 ]
Вернуться наверх
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Сортировать по:  
Начать новую тему Ответить на тему  [ 1 сообщение ] 

Часовой пояс: UTC + 6 часов


Кто сейчас на форуме

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 0


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
cron
Создано на основе phpBB® Forum Software © phpBB Group
Русская поддержка phpBB